Евгений Шумилов: «Жителей Ижевска правильней называть «ижевцами» или «ижевлянами»

Характеры городов. Как они формируются, какое влияние оказывают на самих горожан, какое впечатление производят на гостей и в чём их изюминка? Чем, возможно, они похожи между собой?

Мы пригласили к разговору Евгения Шумилова, известного историка-искусствоведа, доктора исторических наук, почётного гражданина Ижевска.

Константин Ижболдин, журналист: Бытует мнение, что историческая часть Ижевска – это Санкт-Петербург в миниатюре.

Евгений Шумилов, историк-искусствовед: Есть такое обобщённое и не совсем правильное с научной точки зрения выражение. Нельзя нас уподоблять Петербургу. Дело в том, что все города, которые были основаны в XVIII веке, были построены по Петербургскому типу — петровские новые города, новой регулярной планировки. Но какие-то отдельные архитектурные мотивы и элементы у нас действительно могут совпадать с Петербургом. Главные ансамбли Петербурга ориентированы на водное зеркало Невы, так и у нас, главный архитектурный шедевр Ижевска ориентирован на зеркало первой шири пруда. Вот одна аналогия. Улица Троицкая (ныне улица Советская) – её действительно иногда называли полушутливо Невский проспект, потому что Александро-Невский проспект начинался от храма и шёл до Троицко-кладбищенской церкви. Ну и параллели обусловлены тем, что именно из Петербурга присылали так называемые «образцовые проекты», всё-таки столицей была не Москва, а Петербург. Вынужденное строительство по образцовому проекту тоже, какую-то долю носило, но уникальности Ижевска тут нет.

Константин Ижболдин: Какие ещё города под стать городу Ижевску?

Евгений Шумилов: Все города: Пермь, Екатеринбург, в том числе и уральские так называемые города-заводы, были петровского типа, нового типа. Древнерусские города, допетровские, естественно, могут иметь запутанную, кольцевую, ещё какую-то структуру, планировку. Каждому своё.

Константин Ижболдин: Допустим, Глазов?

Евгений Шумилов: Глазов – как раз тоже новый город регулярной планировки. Регулярность – это определенная система. Глазовские лучи сходятся на зрачке – это новая архитектура, идея 18-го века связанная с классицизмом.

Константин Ижболдин: Историко-архитектурная связь с Санкт-Петербургом, если я правильно понимаю, обусловлена тем, что столица располагалась в Санкт-Петербурге и ведущие архитекторы проживали там?

Евгений Шумилов: Ещё и тем, что, первые архитекторы Удмуртии появились именно в Ижевске. Поэтому все наши архитекторы дореволюционные, получили образование в Петербурге, и уже в Ижевске развивали Петербургскую архитектурную школу. Заложил основы не кто иной, как Семён Емельянович Дудин – самый первый профессиональный архитектор Удмуртии. Учился не просто в академии у великого зодчего Захарова. Был не просто его учеником, но и помощником. Вместе с ним Дудин ездил работать. Это тоже ниточка, которая связывает нас с Петербургом.

Константин Ижболдин: Давайте обозначим архитектурные исторические здания, которые присутствуют в настоящее время в столице.

Евгений Шумилов: Можно назвать Александро-Невский собор – это ни что иное, как Андреевский собор в Кронштадте. Этого собора сейчас нет, его снесли перед войной. Сейчас там площадь и всё. У нас в Ижевске своеобразная уменьшенная, упрощённая копия этого собора. Дудин упрощал проект своего великого учителя Захарова. Некоторая связь угадывается у главного корпуса Оружейного завода с Адмиралтейством в Петербурге. Ориентация на большое водное зеркало и отдельные архитектурные приёмы, трёхчастность композиции, роль декоративных арматур и т.д. Ещё одна важная деталь – то, что башня нашего завода замыкает перспективу нашего «Невского проспекта». Точно так же в Петербурге, башня Адмиралтейства замыкает перспективу Невского проспекта. Приём идущий из XVIII века, из классицизма.

Константин Ижболдин: Мы сейчас обозначили два здания. А другие здания?

Евгений Шумилов: 2 шедевра. Арсенал – это тоже шедевр. Арсенал как раз с Петербургом прообразов не имеет. Петербургский Арсенал — это очень скучное здание тюремного типа. Арсенал, который в Ижевске – уникальный в России. Аналогия будет не с Россией, а с Францией, с творчеством Клода-Николя Леду – великим французским зодчим, который оказал влияние на нашего Дудина. Помимо того, что Дудин учился в Петербурге, он ещё учился и в Италии, там он воспринял творчество Леду. Нельзя нас исключительно к Петербургу привязывать, мы европейский город. Наша «европейность» объясняется, прежде всего, личностью выдающегося зодчего Дудина. Неслучайно в Ижевске именем Дудина назвали набережную. Начиная от плотины и до Дворца Пионеров – это набережная зодчего Дудина, сразу Петербургское начало подчеркивается уже самим названием.

Константин Ижболдин: Ещё Ижевск называют деревянным Петербургом или называли так раньше?

Евгений Шумилов: Когда-то можно было назвать. Что такое деревянный Петербург? Все здания в так называемых Петровских городах содержали элементы классицизма, ампира. Если уж говорить, то нас называли большой деревней. Я сам помню Ижевск в то время. Ещё раз — мы уникальны, мы сами по себе. У нас замечательные ансамбли, замечательные архитектурные объекты типа Арсенала.

Константин Ижболдин: Если характер у города? Есть ли он у города Ижевска?

Евгений Шумилов: Характер у города, естественно, есть. Характер объясняется нашим титулом. Мы город-завод. Иногда считают, что город-завод это Петербург, Тула. В Туле конечно много заводов и в Петербурге-Ленинграде тоже много заводов. Просто это города другого планировочного типа. Ижевск – уральский город-завод, т.е. у нас в центре должен быть пруд, которого нет ни в Туле, ни в Петербурге. У нас особая планировочная схема, которая восходит в чём-то Петербургу, но всё равно своя — уральская. Говорили в Ижевске по-особому, язык у нас своеобразный уральский и трудовые традиции были.

Константин Ижболдин: Сохранились эти традиции?

Евгений Шумилов: Конечно, сохранились. На всех заводах.

Константин Ижболдин: Просто в 17-18-х годах прошлого века, во время Гражданской войны, традиции были серьезно нарушены.

Евгений Шумилов: Какая-то часть жителей, вынуждена была уехать в Сибирь, в Китай и так далее. После амнистии многие вернулись. Поэтому мы сохранили свою целостность, своеобразие, ижевский менталитет, всегда все отмечали этот факт. До и после войны. После войны к нам очень много хлынуло эвакуированных людей. Впервые ижевская специфика нарушилась. Но мы это восстановили, мы – особые, мы – ижевцы, не питерцы. Не спорю, питерцы оказали огромное влияние на ижевцев в 1916 — 1917 годах, когда из Питера огромное количество путиловских рабочих было послано на Оружейный завод для поднятия производительности завода. Эти рабочие были более революционизированы, чем наши «кафтанщики». То, что так быстро у нас Советская власть утвердилась – заслуга путиловских рабочих. Связь с Ленинградом была и в блокаду и в советское время. Очень важно то, что крупнейшие оружейники Ижевска – представители Ленинградской оружейной школы. Ленинградский военно-механический институт, в нём учился Устинов, а проходил практику у нас на заводе в 30-е годы, и Лехин, и многие другие крупные оружейники. Мы – часть Петербургской школы не только в архитектурном плане, но и в оружейном плане. С Тулой мы тоже связаны. С Тулой у нас больше конкуренция, а с Питером конкурировать не в чем. Очень важно ещё то, что последний начальник завода, Александр Григорьевич Дубницкий, в 1916 году в качестве поощрения был отправлен в Петербург и стал директором Путиловского завода. Дубницкий погиб в первый день Второй русской революции. Погиб, когда умиротворял питерскую пьяную чернь, призывал их начать работу: «Отечество в опасности» — и так далее. Есть трагические и радостные совпадения. Ещё одно совпадение с Питером. Когда нас не спросили, нарушив конституцию Удмуртской АССР, нарушив волю горожан, взяли и переименовали в город Устинов.

Константин Ижболдин: Евгений Федорович, жителей северной столицы называют «петербуржцами» чаще «питерцами». Кто-то по старой памяти и «ленинградцами» может назвать. А жителей нашего города по аналогии именуют «ижевчанами», раньше называли «ижевцами». Хорошо, что не успело прижиться обозначение «устиновец». 2,5 года в середине 80-х годов столица республики носила официальное имя Устинова Дмитрия Федоровича. Как исторически верно называть жителей Ижевска?

Евгений Шумилов: Не 2,5 года, а ровно 900 дней. Ещё одна аналогия – блокада Ленинграда. Если говорить о самом названии – «жители Ижевска» — то исторически правильнее, благородней по отношению к нашей истории называть «ижевцами» или «ижевлянами», что более экзотично. К сожалению, в 70-е годы, не кто-нибудь, а журналисты навязали такую форму – «ижевчанин». Грамматически это правильно, но слишком она типовая: ижевчане, глазовчане, воткинчане, сарапульчане. Господа, давайте уважать историю, и говорить специфически – «ижевцы», «ижевляне», даже «ижаки». В XVIII веке мы себя называли «ижаками». Называли и «ижевлянами», лично мне очень нравится такая форма. И питерцы называли нас «ижевлянами», замечательная форма.

Константин Ижболдин: Вы работаете над очередной книгой об истории Ижевска?

Евгений Шумилов: Да. Близится 250-летие Ижевска, и каждый историк, искусствовед, краевед должен поднести к этому юбилею подарок. Я много лет работаю над книгой, и выхожу на стадию завершения. Комплексная, обобщающая история Ижевска появится впервые, может даже в конце года. Строгая объективная хроника, без эмоций, то, что мы есть без мифов и легенд. Можно такой подзаголовок дать моей книге.

Константин Ижболдин: Что-то новое мы узнаем из Вашей книги?

Евгений Шумилов: Естественно. В том числе некоторые факты, которые подчеркивают статус Ижевска.

Один из таких мифов: якобы в 1925 году нас официально утвердили в статусе Ижевска. Ничего подобного. Официально в 1921 году за подписями Калинина и прочих, именовали городом Ижевск. Один из мифов который я разрушаю в книге. По поводу статуса богоспасаемого Ижевска в дореволюционного годы. Мы имели в начале XIX века статус горного города. Не случайно наш Александро-Невский собор официально являлся собором, а не церковью. Все эти факты и по статусу города, и по развитию архитектурному, по взаимосвязи с другими городами. Как раз пытаюсь в своей книге показать, раскрыть их хронику развития, образ города в развитии.

Константин Ижболдин: Санкт-Петербург по праву считается культурной столицей России. Но во времена революционных потрясений 1917-го года, на тот момент Петроград был и пролетарской столицей. Ижевск — тоже промышленный рабочий город, город-завод. Можно при всём при этом говорить об Ижевске как о центре культуры?

Евгений Шумилов: Конечно. Кто вообще сказал что завод и культура – это какие-то противоположные понятия? Есть завод, есть заводская культура. Выдающиеся произведения создавались и создаются до сих пор на заводах. Легендарный гравер — Леонард Михайлович Васев. Высочайшее искусство, уникальные техники, художественная техника, нигде в мире не появились. Противопоставление нелепо – или ты завод, или культурная столица. Всегда были культурной столицей, более того, цивилизующим центром для окрестного удмуртского населения. Потому что завод содержал, строил школы, церкви в окрестных удмуртских деревнях и приобщал крестьян и других жителей нашего края к вершинам цивилизации. Мы всегда были культурным центром. И в этом тоже аналогия с Петербургом есть.

Константин Ижболдин: Если бы была такая возможность, чтобы вы лично добавили в архитектурный ансамбль столицы республики?

Евгений Шумилов: Многое можно что построить. Хорошо, что у нас появился Свято-Михайловский собор, появляются другие объекты. Но у нас страдает пруд. Ансамбля застройки набережной пруда до сих пор нет. На берегу пруда должны появиться здания, которые бы деликатно корреспондировались с главным корпусом завода. Дудин заложил традицию, наш город-завод повернул к пруду, создал прекрасный водный фасад Ижевска, но, к сожалению, в советское время на этот прекрасный водный фасад стали выходить задворки, свалки. Город должен развернуться к пруду, модуль, заложенный Дудиным нужно развить. Работа над этим по немного ведется, составляются конкурсные проекты по реконструкции набережной. Работа эта долгая, сложная, думаю к 250-летию, её осуществить не успеют, и дай бог, что не успеют. Потому что здесь нужно каждый шаг, каждое предложение проектное продумать. Не нужно спешить. Город с 250-летней историей – не нужно городить времянки.

Константин Ижболдин: Мы не обозначили характер города, характер людей. Конечно, оружейный профиль тоже наложил свой отпечаток, и не только оружейный…

Евгений Шумилов: Ещё машиностроительный, электронный. У нас не только автоматы имени Калашникова, но и космическая аппаратура и многое другое. В книге я впервые древо заводов рисую. Как всё между собой связано – межзаводские производства. Мы машиностроители, мы электронщики, оружейники, но мы и художники, и музыканты, всё-таки национальная столица, национальная культура развивается, не только удмуртская, но и русская культура. Мы многогранны. Город-завод, прежде всего, тип планировочный, тип архитектурный. Мы — разные, богатые, уникальные.

Константин Ижболдин: В преддверии грядущего 250-летия со дня основания города Ижевска, (напомню, этот юбилей мы будем отмечать в 2010-м году). Хочется услышать напутствие от почетного гражданина города Ижевска. Евгений Федорович, вам заключительное слово.

Евгений Шумилов: Всем горожанам не терять оптимизма. Сейчас, говорят, «кризисные времена». И стремиться сделать наш город ещё краше, чище, богаче.

Благодарим Администрацию Ижевска и лично Милану Семиволкову за предоставленные исторические фотографии Ижевска